Парашютисты во время ВОВ. Часть 2

Советские парашютисты Иван Старчак и Н. Щербина
Советские парашютисты И. Старчак и Н. Щербина

Капитан Старчак Иван Георгиевич, начальник парашютно-десантной службы Западного особого военного округа, свой последний «мирный» прыжок с парашютом совершил 21 июня 1941 года. Уже перед самой землей сильным порывом ветра его вынесло за кромку аэродрома, на старое самолетное кладбище. В результате — тяжелая травма ноги. Хирург окружного госпиталя в Минске пообещал выписать капитана через месяц-полтора. А назавтра началась война. Фашисты бомбили Минск.Ночью от пожаров было светло как днем. В одну из таких ночей эвакуировали госпиталь. Старчак и раненный в ногу лейтенант, сосед по палате, тоже летчик, выбирались из города самостоятельно. С трудом передвигаясь на костылях, вышли на шоссе Минск — Москва и на попутной машине уехали на восток. Вскоре Старчак нашел штаб — теперь не округа, а Западного фронта, спрятал костыли и, прихрамывая, бодро представился старшему начальнику.

— Вы уже на ногах? — изумился тот.

— Травма пустяковая. Можно ходить,— слукавил капитан.

Старчак получил назначение на должность начальника парашютнодесантной службы Западного фронта. В те дни под Юхновом создавалась специальная база — «дача Старчака», как условно стали ее называть. Сюда направлялись бывшие воспитанники капитана, уже побывавшие в бою, спортсмены-парашютисты, добровольцы с путевками ЦК ВЛКСМ.

На базе готовились и забрасывались в тыл врага небольшие разведывательно-диверсионные группы, отсюда партизанам доставлялись по воздуху различные грузы. Учеба, боевая работа — днем и ночью. Занимались тактикой, стрельбой, ориентированием на местности, радиосвязью, подрывным делом. Много времени уделяли физической подготовке: бегали кроссы, совершали марш-броски, учились рукопашному бою и, конечно, прыжкам с парашютом.
За июль, август и сентябрь капитан Старчак выполнил тридцать полетов во вражеский тыл, сопровождая десантников-разведчиков и радистов. Утром 4 октября, вернувшись из очередного полета, капитан узнал, что авиационный полк, который обеспечивал их под-готовку и проведение десантных операций, срочно перебазировался на другой аэродром. Из Юхнова уходили жители…
Старчак задумался. Он мог, конечно, самостоятельно приказать отряду отправиться на новую базу авиаполка. Никто бы его за это не осудил. Но может быть, принять другое решение? Ведь враг в эту минуту стремится к Медыни, Малоярославцу, Подольску — на Москву! Дорога к столице от Юхнова, как доложили разведчики, открыта, наших войск поблизости нет.
И коммунист капитан Старчак принял решение. Указав на сорванный с километрового столба лист жести с цифрой «205», он обратился к десантникам:

— Это расстояние до Москвы. Сегодня мы — передовой отряд Красной Армии на этом направлении. И защищать Москву будем здесь, на восточном берегу Угры.

На рассвете S октября из-за поворота дороги появились гитлеровские мотоциклисты в сопровождении бронемашин. Затем подошли два танка и автомобили с пехотой. Парашютисты подпустили их к самому берегу и открыли сильный огонь. Понеся большие потери, гитлеровцы отступили. Они не решились атаковать во второй раз.
Ночью, используя передышку, десантники глубже зарылись в землю, заминировали берега реки, обочины дороги у моста. Ровно в 14.00 следующего дня на отряд обрушился шквал артиллерийского и минометного огня. Казалось, ничего живого не осталось на «десантном пятачке», но едва вражеская пехота при поддержке танков поднялась в атаку, ее встретил сильный, организованный огонь. И так в течение дня несколько раз…

В разгар боя подоспела неожиданная помощь — на бреющем полете низко над лесом пролетел наш тяжелый бомбардировщик ТБ-3. Наступавших гитлеровцев с шоссе как ветром сдуло.
Позже появление над позициями отряда тяжелого бомбардировщика объяснил старшина Иван Корнеев, которого Старчак вместе со старшим лейтенантом Петром Балашовым посылал на аэродром, чтобы уничтожить оставленную нашими технику. Оказалось, что ТБ-3 был в исправном состоянии, и Балашову с помощью авиатехника удалось пбднять машину в воздух. Но как сложно оказалось ее посадить! Балашов привел самолет в Москву к Центральному аэродрому, на который он столько раз опускался с парашютом. Теперь ему предстояло впервые в жизни посадить сюда четырехмоторную машину. Нелегкая это задача. Прежде всего нужно было, чтобы никто не мешал ему, а с аэродрома то и дело взлетали самолеты. Балашов сбросил вымпел с просьбой освободить посадочную полосу. Необычный сигнал удивил летчиков. «Что за чудак идет на посадку?» — думали они. Но когда громадный воздушный корабль совершил посадку, стало известно, в чем дело, Балашова чуть не на руках носили…
Десантники Старчака продолжали вести тяжелые бои. Они не уходили от Варшавского шоссе, постоянно меняли позиции, совершали дерзкие ночные налеты. В отряде из четырехсот парашютистов в строю осталось только сорок четыре. На четвертый день к ним присоединился отряд подольских курсантов.

Продолжение следует

Часть 1. Галина Пясецкая.

По материалам книги легендарной парашютистки Бернадеты Васиной «Испытание небом».

Поделиться на своей странице:
  • Facebook
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Twitter
  • LiveJournal
  • Одноклассники
  • Мой Мир
  • В закладки Google

Related posts

Leave a Comment

*